Двенадцатая ночь

Иван Поповски давно и последовательно тяготеет к музыкально-поэтической, фантазийной манере режиссуры. Он умеет быть эффектным, насыщая действие пластическими шутками (как в сцене ареста Антонио, когда сопротивляющийся пират и виснущие на нем стражники составляют нечто вроде причудливой гимнастической пирамиды), или превращая финал в битву многочисленными подушками, упавшими с колосников (к веселью привлекают и зрителя). Но «Двенадцатая ночь» напоминает и о том, что Поповски - ученик Петра Фоменко, создавшего театр безусловно антропоцентричный, где актер востребован не только как профессионал с набором навыков, но и как уникальная личность. Думается, что этим обусловлено одно из существенных достоинств спектакля - хрестоматийная возрожденческая витальность в нем не только играется, но и живет, вызывая на отклик все живое в нас, что приводит в зрительный зал и заставляет поверить в сказку.